Спорт айкидо, дзюдо, каратэ, самбо, бокс, кикбоксинг, рукопашный бой, самооборона, уличная драка, самооборона
Учебные фильмы, видео по боевым искусствам, самообороне и боксу
Naaagiaaeeaeune

Добавить в закладки

« Переход на главную страницу »
 
« Единоборства »  
« Разное »  
« Фильмы »  
Фильмы, Единоборства
   
->Учебные Фильмы
->Ссылки

 

 

 


Бокс

Великий Али . Как начиналась эпоха Величайшего Мохаммед Али.

Редкая чёрная бабочка

Я видел, как Джордж Форман боксировал с тенью, и тень выиграла.

Мохаммед Али

Бокс - это когда много белых людей смотрят, как двое черных избивают друг друга.

Мохаммед Али

Он проиграл три боя (и это за двадцать лет!), но и в этих эпизодах "черная молния" не висла беспомощно на чужих плечах, нет, Али всегда давал бои пафосные, щеголяя идеальным ринговым образованием, а уж его работа ног - одна она у эстетствующей части публики вызывала восторженное причмокивание.

Мохаммед АлиЭто было странное, но и замечательное творение природы, явившееся на свет 17 января 1942 года в Луисвилле (штат Кентукки) и получившее имя Кассиус Марселлус Клей - впоследствии Мохаммед Али.

Если вспомнить его стиль, то это было нечто изящное, легкое и непостижимо красивое, поскольку, имея в пору расцвета 97 кг при росте 192 см, Али обладал подвижностью боксера–легковеса. Его сакраментальное: «Порхаю, как бабочка, жалю, как пчела», - было исключением из того, что обычно молол этот хвастун и задира.

Он проиграл три боя (и это за двадцать лет!), но и в этих эпизодах «черная молния» не висла беспомощно на чужих плечах, нет, Али всегда давал бои пафосные, щеголяя идеальным ринговым образованием, а уж его работа ног - одна она у эстетствующей части публики вызывала восторженное причмокивание.

Это, конечно, был гений в своем деле, фигура фантастическая, да и вне ринга, пожалуй. Тут, конечно, ощущалась и рука Анжело Данди, его тренера - искусного и умного, с ним Али (Клей) многонько прошагал в большом боксе. И это Данди возблагодарил всевышнего, когда не прервал разговор, услышав в телефонной трубке незнакомый, ломающийся голос юнца:

- Масса Данди, меня зовут Кассиус Клей. Вы должны взять меня. Через два года я стану олимпийским чемпионом.

- В самом деле?

- А потом я стану лучшим в мире профессионалом.

- Тебе сколько лет?

- Шестнадцать.

Позднее Анжело Данди говорил, что в то мгновение он хотел съязвить и повесить трубку. Но неожиданно вырвалось другое:

- Приходи..

В то первое появление Касси в зале Анжело в какие–то минуты понял - это чудо!

У мальчишки была замечательная мышечная одаренность, он овладевал самыми сложными боксерскими приемами играючи, имел потрясающую интуицию, и уже в первых схватках обыгрывал парней постарше мыслью, тонкими комбинациями.

Он вовсе не бедствовал в нежные лета, его родители были вполне интеллигентными людьми; мама научила Кассиуса рисовать, а отец - читать хороших поэтов. Как–то они купили ему велосипед, но в тот же день уличный хулиган отнял его, да еще поставил под глазом синяк. Рыдающий Касси пожаловался полицейскому, а тот, почесав затылок, промолвил: «Это так, я, конечно, поищу... Но вот тебе совет, малый, сам научись драться».

Этот полицейский - Джо Мартин, не только дал совет, но и взялся обучить мальчишку кулачному делу. Ему, конечно, было далеко до Анжело Данди, но самое главное он сумел втемяшить 12–летнему Клею: «Все в боксе решает быстрота, именно она. Такими были Демпси и Луис, все великие».

В своем дворе Кассиус собрал кучу камней, и поутру младший брат изо всех сил бросал их в юного страдальца. Два-три месяца он ходил в синяках и шишках, но потом камни стали пролетать мимо. Его природная подвижность, развитая различными упражнениями, позднее помогла избегать на ринге крупных неприятностей. Случалось, Мохаммед Али вообще не получал серьезных ударов в бою, его красивое лицо таковым и осталось.

Но была в его организме необъяснимая странность, которая приводила в ужас врачей. Пульс Али бился с частотой 55-56 ударов в минуту, что свидетельствовало о великолепной тренированности, но при этом даже легкое волнение подбрасывало сердечные сокращения до 120, а кровяное давление становилось прямо–таки угрожающим: верхнее до 190. После первого же осмотра врач, заикаясь от страха, предложил Данди немедленно отвезти Клея в госпиталь, и расстроенный тренер обратился к ученику: «Что будем делать, сынок?». И услышал невозмутимое: «Пойдем в зал, а доку посоветуйте не устраивать истерик, я, знаете ли, ради пояса всем пожертвую».

В 1959 году 17–летний Клей безукоризненно выиграл большой любительский турнир «Золотая перчатка», вошел в сборную США и спустя год в Риме стал олимпийским чемпионом в полутяжелом весе.

Слухи о необычайно талантливом земляке уже во всю гуляли по Луисвиллю, и отцы города решили сброситься, дабы юный Клей имел возможность расти и в качестве профессионала. Среди этих одиннадцати местных патриотов был и некий Уильям Фаверхэм, он тоже выделил какую–то сумму. И это потрясло Луисвилль. Миллионер слыл жутким скупердяем: позднее Клей с юмором описывал свои встречи с луисвилльским Плюшкиным. «Он приходил на мои тренировки и подозрительно следил за происходящим, дабы убедиться, что его деньги вложены в верное дело. Он давал мне газеты с заметками о моих боксерских подвигах, но не забывал взять за них какие–то центы»..

По давнему счету звание олимпийского чемпиона давало приблизительно 9-10 место в рейтинге профессионального бокса. Клей рвался к чемпионскому поясу, но у него еще не было солидного авторитета. Какое там: многие вообще считали его мальчишкой, если не случайным выскочкой, который вот–вот нарвется на давно заслуженную плюху. И тогда он понял, что надо делать. Он стал шокировать всех и вся, он паясничал и угрожал, вопя, что сметет любого, а уж Листона, это злое животное, он прикончит особенно жестоко, и прямо перед камерами Кассиус показал: удар слева, справа, и, наконец, сверху -по кумполу Сонни, то есть как бы по крышке гроба.

Полюбуйтесь и доподлинной стенограммой его классно разыгранной истерики: «Я самый умный и образованный. Самый смелый, культурный и веселый. У меня нет недостатков... Я могу давать интервью, пока у вас не иссякнут чернила. Мне все должны подражать - я велик!».

Все были в недоумении и замешательстве, даже повидавшие всякое боссы профессионального бокса: «Ну, бывали, конечно, самоуверенные, хамоватые типы. Но у этого просто луженая глотка, и вопит невесть что - при всем честном народе». Одного не замечали: Клей становился фигурой популярной, хотя и анекдотичной. Но ведь его знали, о нем ходили байки и в забегаловках, и на светских раутах, и на уличных перекрестках.

Его путь к трону стал фантастически быстрым и, в общем–то, легким еще и потому, что жуткий Листон, как снопы, вырубил всех более–менее сильных претендентов, только один луисвилльский сопляк чего–то там трепыхался. Только он. Остальные неинтересны. Мохаммед Али На свою беду, Сонни не брал в расчет, что помимо фанаберии у Клея есть другое и главное: боксерское искусство, бесстрашие и жадность еще не насытившегося молодого хищника. Даже победа Клея над Арчи Муром не насторожила Листона. Это так, старина Арчи был почти вдвое старше нахала, но это был Арчи - еще вполне дееспособный на ринге, волевой и бывалый.

А мальчишка–то буквально на первом раунде принялся размазывать эту легенду, он потешался над Арчи, ставшим в какие–то мгновения беспомощным - до слез сочувствия. И репортер вздыхал в отчете: «Возле молодого Клея он выглядел нагрузившимся виски матросом, когда тяжело шагал и нелепо размахивал кулаками. И это великий Мур? Он был просто смешон, и все достигнутое им рухнуло».

О том, как Кассиус Клей разделался с Листоном, было рассказано в предыдущем очерке. Все вроде бы выяснилось, страсти пошли на убыль, да и самому 22–летнему чемпиону следовало бы успокоиться и оглядеться перед новыми свершениями. Но именно в те дни он для первости ошарашил всех, войдя в секту «черных мусульман»... и поменяв имя, а вскоре затеял скандал, ставший первым из многих, и в этой сфере он также никогда не знал усталости.

А пошел Али прямиком на ВБА, ни много, ни мало. Боссы Ассоциации предлагали ему свои кандидатуры, что было заведено издавна - никто и пикнуть не смел, но тут они налетели на строптивость непробиваемую. Али показал им фигу, и не образную, заметьте, заявив , что драться будет только с Сонни Листоном - речь идет о матче–реванше.

В его плане была своя логика. Али не хотел ввязываться в схватки невесть с кем, поскольку Листон объяснил свое поражение травмой плеча и потребовал второго матча. Президент ВБА Боб Эванс и его коллеги не придумали ничего умнее, как лишить Мохаммеда Али титула чемпиона мира, к чему он отнесся безразлично: «Все знают, что я сильнейший, а потеря чемпионского пояса, этой побрякушки, может огорчить лишь ребенка».

Вакантное место занял некий Эрни Террел, тяжелый, почти двухметровый детина, побивший по очкам 5 марта 1965 года Эдди Мачена, такую же невыразительную кандидатуру от ВБА. В сущности, это был «назначенный чемпион», и во многих справочниках он вообще не фигурирует. Его еще знали, как брата популярной солистки поп–группы «Величайшие», но сам Эрни не соответствовал этому понятию ни певческим, ни боксерским классом.

Знал бы он, какой зуб поимел на него выдворенный с трона Али!

Между тем Али, добив Листона, но уже по версии ВБС, в последующие полтора года сокрушил едва ли не батальон действительно сильных бойцов - Флойда Паттерсона и Зора Фолли, канадца Джорджа Чувало, англичан Генри Купера и Брайана Лондона, и все эти матчи он выигрывал с замечательной легкостью.

Наконец, пришла очередь Эрни Террела - 6 февраля 1967 года в Хьюстоне. Али, до невозможности разъяренный, сделал из него котлету. Перед каждым раундом он, приближаясь к Эрни, нежно спрашивал: «Ну что, дурачок, ты еще помнишь мое имя?», и всякий раз коллаборационист Эрни, чуть ли не обезумевший от боли и безнадеги, послушно вспоминал, после чего Али делал из него новое месиво, не доводя дело до нокаута. Мучения Эрни закончились в 15–м раунде, его лицо и грудь заливала кровь, а левый глаз Али закрыл ему еще в 5–м раунде.

Но и после этого Мохаммед Али не угомонился. Еще один скандал произошел, когда он отказался надеть военную форму и принять присягу. На комиссии психиатров он мило косил под дебила, назвав Шекспира президентом США и разместив Сидней в Канаде. Тогда американцы воевали во Вьетнаме, и Али, облаченный в военную форму, был нужен как продолжатель линии патриотов со времен Джека Демпси и Джо Луиса.

А он отказался. И это стало делом не только ВБА, но и всей нации. Боб Эванс объявил, что Ассоциация во второй раз лишает Мохаммеда Али звания чемпиона мира, а спустя месяц он предстал перед судом и был наказан пятью годами заключения и штрафом в 10 тысяч долларов, хотя ни то, ни другое не осуществилось.

В ряду эпатажных поступков Али - и его визит в Москву, что произошло летом 1978 года, на фоне самого разгара «холодной войны». Это была сильная акция наших идеологов, к тому же, столица во всю готовилась к проведению Олимпиады, поэтому любые спортивные контакты приветствовались.

Высокий гость произвел впечатление. Встав после приезда в 5.30, Али из «Метрополя» отправился на пробежку, завершившуюся на Красной площади, где он обошел Мавзолей. А затем вплотную подошел к входу, с любопытством наблюдая за сменой караула. По тем временам это было еще какое ЧП: полуголый темнокожий гигант с мрачным лицом и непонятными целями ошивается возле святая святых. И в тот же день в известном здании на Лубянке поднялся переполох. Немного успокоившись, приняли решение обязать переводчика Юрия Маркова - тогдашнего ответственного секретаря федерации, ночевать в «Метрополе» и тушировать всякого рода выходки со стороны непредсказуемого гостя.

Принимали его по высшему разряду, о чем свидетельствует и встреча Али с Л. И. Брежневым: великий боксер вышел из приемной с «Малой землей» и часами. Тут же отправился на пресс–конференцию, где с лету закатил дикий разнос одному аккредитованному в Москве американскому журналисту за вопрос о Вьетнаме.

Все эти дни с ним была Вероника, его жена, красотка на загляденье, но когда эта чета вернулась из Ташкента в Москву, то Юрий Марков по большому секрету шепотком сказал мне: «Ну, Вероника - это какая–то Сонька Золотая Ручка». Оказывается, после каждого приема она самым преспокойным образом собирала столовое серебро и укладывала добычу в большую сумку. Смущенные узбеки переглядывались, но замечания сделать не решались. Одним словом, почистила их эта знойная дамочка изрядно. Позднее, при разводе, она обобрала и Али, но это уже крест многих знаменитых и богатых американцев.

Напоследок в зале ЦСКА Мохаммед Али провел показательные раунды с Горсковым, Заевым и Высоцким. Я как раз стоял у самого ринга и все видел в подробностях.

В ту пору Али выглядел потяжелевшим, если не обрюзгшим. Раунд с Горсковым вышел самым невыразительным, и Али все время громко отфыркивался. А в перерыве полотенце его секунданта стало мокрым от пота. Но он продержался и против бесстрашного Заева, всегда напоминающего фокстерьера, и мощного Высоцкого, с которым Али схватился уже всерьез, угадав, что наш нокаутер намерен и в показательном раунде вмазать ему от души. Ничего страшного не произошло, но два удара Али достигли челюсти Игоря.

Вся эта идиллия закончилась довольно быстро. Наши вошли в Афганистан, и Али самым резким образом обрушился на эту акцию, бессмысленную и неудачную.

Ну, а как у него складывалось на профессиональном ринге?

В целом, Мохаммед Али провел 25 титульных или отборочных к ним боев, и это стало бы рекордом, не будь Джо Луиса, у которого таковых на один больше. А первое поражение (их всего три) он испытал в марте 1971 года, в Нью–Йорке от Джо Фрэзера, которого за ярко выраженный силовой стиль звали «черным Марчиано».

Спустя полтора года Джо летит на Ямайку, где его ждет Джордж Формен, будущий пастор с лунообразным добродушным лицом безобидного дядюшки. Но только не на ринге... Джо излучает энергию и уверенность, но на ринге выясняется, что Всевышний к нему безразличен: уже во втором раунде Формен выбивает дух из Джо.

Теперь весь мир ждет матча Формен-Али, и эту схватку надо выделить особо, мэтры профессионального бокса тверды во мнении, почитая ее «как величайшую и незабываемую». По следам этого матча были созданы музыкальный хит «Грохот в джунглях» и фильм с таким же названием.

Их бой состоялся 30 октября 1974 года в Киншасе, и местные жители по сей день в беспамятстве от Али, поскольку именно он настоял на кандидатуре столицы Заира. Тут, конечно, и экзотика стала украшением: вообразите густой тропический вечер, звезды и прожекторы над рингом - единственным белым пятном в этом скопище, возбужденные, сияющие лица зрителей, энтузиазм и наивность которых были так обворожительны, что заражали и тертых боссов профессионального бокса.

Семь раундов Али неумолимо вел Формена к эффектной развязке. Его оппонент так и эдак подбирался к Али, но все бесполезно. В середине восьмого раунда Али провел ложную комбинацию и резко ударил Формена в челюсть; тот каким–то странным образом сделал полный оборот, затем два-три шага на подгибающихся ногах и рухнул на помост. Восторг публики я предоставляю вообразить читателю... Н–да, и это был Джордж Формен, боец мощный и волевой, несколько лет назад он вернулся 42–летним на большой ринг и побил многих нынешних. Какими же мастерами он и другие были в пору своего расцвета, и какую, наконец, силу представлял Али, если отправлял любого из них на настил!

Мохаммед Али Эту схватку, этот «Грохот в джунглях» можно бы назвать самой–самой, но было еще и «Волнение в Маниле» - так назвали другой титульный матч–шедевр Али с Джо Фрэзером 1 октября 1975 года.

Тогда Али было 33 года, но выкомаривал он, как и прежде. На последнюю пресс–конференцию он принес гуттаперчевую игрушку, напоминающую Фрэзера, и принялся колотить по ней, объясняя, что так будет и на ринге. Джо улыбался, но через силу. Из раздевалки Али вышел в роскошном белом халате, вопя на весь зал, что вскоре кое–кому понадобится врач.

Все 14 раундов Али бился «вторым номером». Невысокий - 182 см, с покатыми плечами и мощными, короткими ногами, Фрэзер был ярко выраженным файтером, да к тому же, с замечательной выносливостью. Он выматывал любого бойца, напоминая заведенную на любой срок машину, и, конечно, Али в открытой схватке нипочем бы не сломил этого марафонца.

Свежесть уходила, Али тяжелел и не мог, как раньше, резвиться на ринге. Взамен пришла бывалость, понимание бокса, и в Маниле чемпион мира провел прямо–таки фантастический, если не нелепый и самоубийственный план, но -для любого другого.

Он как–то вяло ходил по рингу, останавливал Джо вытянутой рукой. Несколько раз вообще забивался в угол и закрывался перчатками, позволив претенденту делать все, что тот хочет и может. И Джо, своими неустанными шажками шел и шел на него, бил и бил, не догадываясь, что огромный запас его энергии тает, и скоро сравняется с с возможностями Али, а уже тогда грянет судный час.

У Али всегда была способность быть на ринге хозяином - даже в случаях, когда ему приходилось туго. Вот и в Маниле он был снисходителен к Джо, а когда после ближнего боя тот отваливался от чемпиона, Али движением руки подзывал его к себе: дескать, где же ты, иди ко мне. Все это бесило и утомляло Фрэзера, он имел убийственное преимущество в активности, а ударов - кот наплакал, одна суета.

При этом нет–нет, но старый лев просыпался. И тогда взрыв - короткая, жесткая серия, и вся в цель! Из жертвы Али мгновенно превращался в мстителя, что заставляло зрителей заходиться в криках. Даже самые неискушенные ощущали глубокую мысль в действиях чемпиона, и это он вел бой, он делал его великим.

Восьмой раунд стал переломным. Али начал пробивать защиту Джо. Джо еще выполнял огромную работу, но он в отчаянии, в каких–то эпизодах он не знал, что делать... Избиение началось в 13–м, когда Али пошел в открытый бокс, и это выглядело мясорубкой. Удивляло одно - почему Джо не падает? В следующем раунде - та же картина... Но после гонга секундант и врач разводят руками: Джо Фрэзер не в состоянии продолжить бой.

Этот матч был великим. Может быть, самым великим во всей истории профессионального бокса. Это так, крови и падений тел не было. Но какой уровень, какая интрига, борьба умов!

Эта схватка стала вершиной для обоих. Джо вообще расстался с мыслью побороться за титул сильнейшего в мире. Его счастливый соперник еще посидел на троне, но бокс высшего качества Али уже не показывал. Осенью 1980 года, после затяжного перерыва, Али, покряхтев, вышел в Лас–Вегасе против Ларри Холмса, и был бит в 10–раундовом поединке.

Жизнь угасшей «звезды» обычно не вызывает острого интереса. Но это не о Мохаммеде Али, его трагическая судьба по сей день не безразлична человечеству.

Ему не было и сорока лет, когда его поразила болезнь Паркинсона со всеми ее унизительными симптомами: у еще недавно могучего Али начали дрожать руки, походка стала неуверенной, а речь бессвязной. Внешне он выглядит слабоумным, хотя на самом деле эта болезнь не поражает разум.

Это было трудное время для Али, пожалуй - невыносимое. Он изрядно покуролесил в личной жизни, оставив от трех браков восьмерых детей. Его жены были молодыми, эффектными и, увы, испорченными бабенками. Каждая обобрала Али, который в лучшие свои годы не знал счета деньгам. Несколько лет он жил жизнью одинокого, едва ли не нищего человека.

Счастье улыбнулось ему в образе Лонни, которая жила в его родном Луисвилле, в минуте ходьбы от дома Клеев. Она была моложе его на 15 лет, и он внимания не обращал на эту соседскую девчушку. Но для нее Али стал своего рода пунктиком, еще семилетней Лонни заявила родителям, что выйдет замуж только за него, и она добилась своего, эта темнокожая Золушка, ставшая к тому времени высокой обворожительной женщиной; а самое главное - ее материнский инстинкт сочетался с качествами хозяйки, если не деловой женщины.

Сейчас они живут в штате Мичиган, на ранчо площадью в 30 га. У них приемный шестилетний сын Асад, который по какому–то таинственному совпадению становится копией Али. Сам он занимается бизнесом на собственной славе. Иной раз выступление приносит ему 150-200 тысяч долларов. Еще он часто посещает благотворительные вечера, детские больницы, Национальный фонд страдающих болезнью Паркинсона.

Но главное для Али - доказать, что он не сдается болезни, что его интеллект не затронут. Поэтому недавно Али пришел в ярость, когда один репортер записал интервью с ним на магнитофон, с целью сообщить о распаде его личности. Те, кто часто общаются с Али, видят в нем живого, мыслящего и остроумного собеседника.

Раньше его победы становились событием для всего человечества. Сейчас Али счастлив, если за завтраком не прольет кофе из чашки, а закончив это действо, улыбается и подмигивает собеседнику: еще одна маленькая победа, еще одно доказательство его дееспособности.

В свое время только совсем уж ленивый не посмеивался над его увлечением исламом. На самом деле, Мохаммед Али серьезно отнесся к своей новой вере. Он строго следует заветам Пророка, пять раз на дню молится, обратив лицо в сторону Мекки. Недавно появилась его брошюра «Исцеление», в которой он осуждает ненависть.

«Да, и я ненавидел многих, и не только своих соперников на ринге. Это чувство было таким сильным, что я не мог есть и думать о чем–либо другом. Но теперь я понимаю, что это плохое чувство». Значительную часть своих нынешних доходов Али отдает больницам для бедных и ночлежкам.

Нередко его просят показать себя в былом образе - «танцующим боксером». И тогда происходит чудо. На какие–то мгновения его тело словно отбрасывает болезнь: его руки и ноги работают как в настоящем бою, а в глазах вспыхивает устрашающий блеск. Но, закончив, он всякий раз безжизненно падает в подставленное кресло.

На Олимпиаде в Атланте ему была оказана великая честь. В его дрожащую руку вложили факел с огнем, и Али поднес его к чаше. Эта сцена многих тронула до слез.

Как начиналась эпоха Величайшего

Бывают в боксе поединки, которые надолго запоминаются накалом страстей, бескомпромиссностью борьбы, мужеством и стойкостью, демонстрируемыми соперниками. Однако бывают и такие, с которых в боксе, без преувеличения, начинались новые эры. Такой бой произошел сорок лет назад (25 февраля 1964 года, если быть абсолютно точным). Мир бокса негромко отметил 40-летие даты, с которой началась целая эпоха современного бокса — знаменитый Мохаммед Али (который тогда еще носил данное ему при рождении имя Кассиус Клей) одержал победу над Сонни .Пистоном и впервые стал чемпионом мира в супертяжелой весовой категории.

Яркая победа молодого боксера (Али тогда едва исполнилось 22 года) над фаворитом Листоном знаменовала начало славного пу­ти талантливейшего боксера, который еще во время выступлений на ринге удостоился титула «Величайший» («The Greatest»). «Я считаю поединок с Сонни Листоном важней­шим в своей боксерской карьере — именно эта победа доказала, что я способен быть чемпионом», — заявил Али в интервью те­перь, 40 лет спустя после памятной даты. Великий боксер откровенно признался: «По началу я был очень напуган. Многие полага­ли, что Листон просто убьет меня». Так счи­тали, пожалуй, не просто многие, а практи­чески все — шансы Али в поединке против мощного Сонни Листона, находившегося в зените славы и на пике формы, расценива­лись как 1:8. Нельзя сказать, что в начале 1964 г. Мохаммед Али (или Кассиус Клей — как кому угодно, поскольку позднее в том же 1964 г. Кассиус Клей принял ислам и навсег­да стал Мохаммедом Али) был совершенно неизвестным боксером — в 1960 г. в возрасте 18 лет он выиграл золотую олимпийскую ме­даль на Олимпийских Играх в Риме, а к моменту поединка с Листоном имел в послуж­ном списке боксера-профессионала 19 побед (15 КО) и ни одного поражения.

Однако результаты Сонни Листона вы­глядели куда более впечатляющими — буду­чи на десять лет старше Али, Листон вы­ступал на профессиональном ринге с 1953 г. и был знаменит противостояниями с Марти Маршаллом в середине 50-х годов (три поединка Листона и Маршалла напо­минали бескомпромиссностью недавние бои Артуро Гатти и Микки Уорда). В одном из этих поединков уже в начале боя Сонни Листон получил перелом челюсти, но не ушел с ринга, а продержался до конца боя. Сонни проиграл тот бой с Маршаллом по очкам, однако заслужил уважение болель­щиков за свое мужество.

К февралю 1964 г. 32-летний Листон был опытнейшим бойцом, увенчанным титулом чемпиона мира в супертяжелой весовой категории — в сентябре 1962 г. он нокаутировал знаменитого Флойда Пат-терсона уже в первом раунде и отобрал у того титул чемпиона мира, а в повторном поединке в июле 1963 г. снова нокаутиро­вал Флойда и, как и в первом бою, в первом же раунде.

Накануне поединка Листона и Али спор­тивные обозреватели, люди опытные и искушенные в боксе, дали свои прогнозы на пред­стоящий поединок — из 46 жур­налистов лишь 3 предсказали победу Али. В букмекерских кон­торах подавляющее большин­ство ставок делались не просто на победу Листона, но и даже на то, в каком именно раунде Ли­стон нокаутирует «мальчишку».

Как мы уже упоминали, Али и сам был достаточно напуган. На взвешивании он устроил нечто вроде истерики, перемежая угрозы и оскорбления противни­ка возвеличиванием самого себя (нужно отметить, что еще в на­чале карьеры Мохаммед Али сам называл себя «величайшим бок­сером всех времен», но потребо­вались еще годы труда и много­численные убедительные победы, прежде чем прозвище «Величайший» заслуженно и навечно закрепилось за ним). Накануне поединка Али приехал к дому будущего соперника и, позвонив в дверь, прокричал угрозы и оскорбления. Эти эк­сцентричные поступки не доба­вили популярности молодому боксеру, и 25 февраля 1964 г. многие из болельщиков шли в зал Convention Hall в г. Майами-Бич, штат Флорида, в надежде увидеть, как чемпион Сонни Ли­стон проучит зарвавшегося мо­лодого выскочку. (Надо сказать, что в те да­лекие годы боксеры достаточно строго соблюдали определенный кодекс поведения, во всяком случае, невозможно было предста­вить, чтобы один боксер накануне поединка грозил другому «вырвать сердце и съесть де­тей» или отправить соперника «на небеса» для встречи с недавно умершей матерью, а на ринг позволил себе появиться с сигарой в зубах).

На стороне чемпиона Листона, помимо огромного опыта (к моменту поединка с Али у него было 35 побед — 25 нокаутом и только одно поражение), было преимущество в весе (2 кг) и в длине рук (5 см). Первый раунд стал настоящим кошмаром для Али, однако, вы­стояв под градом мощнейших ударов Сонни Листона, Мохаммед начал реализовывать свои преимущества в скорости и технике — то, что он сам называл «порхать, как бабоч­ка, и жалить, как пчела». Уже к началу пято­го раунда Листон выглядел уставшим и мед­лительным, но, по иронии судьбы, именно пятый раунд мог принести ему победу — нечто (то ли некое вещество, умышленно нанесенное на перчатки Сонни, то ли мазь, ко­торой секунданты мазали тело Листона) по­пало в глаза Мохаммеда Али и практически лишило зрения будущего чемпиона почти до конца пятого раунда. Однако Сонни Листон убедился, что его удары, хотя и попадают в цель, не приносят вреда сопернику, подборо­док которого словно сделан из стали. Так прошел еще один раунд, а после шестого раунда Сонни Листон остался сидеть в своем углу, заявив, что не может продолжать бой, так как повредил плечо. Победу техниче­ским нокаутом, а с ней и титул чемпиона по­лучил Мохаммед Али.

Первое, что сделал новый чемпион, пры­гая от радости по рингу, это перегнулся че­рез канаты к спортивным журналистам, столпившимся внизу, и проорал им: «Eat your words!», что можно перевести как «Забе­рите теперь свои слова обратно!» (хотя все же точнее будет «А подавитесь-ка вашими прогнозами!»).

Через год в повторном поединке Али нокаутировал Сонни Листона уже в первом раунде. (Справедливости ради надо сказать, что до сих пор результат этого боя подвергается сомнениям со стороны очень многих специа­листов, которые утверждают, будто Листона вынудили «лечь», т. е. сдать бой, причем сделала это то ли мафия, то ли собратья Али по новой религии, но это уже другая история...)

Так начался путь великого чемпиона Мохаммеда Али. Мно­го еще всякого разного будет впе­реди у Али: и отлучение от бокса на три с половиной года за отказ служить во Вьетнаме, и леген­дарные поединки с Джорджем Формэном и Джо Фрезером, но эта первая значительная победа и первый чемпионский титул навсегда запомнились и болель­щикам, и самому Мохаммеду Али.

Мы часто пишем в нашем журнале о знаменитом боксере: несмотря на тяжелейший недуг — болезнь Паркинсона (пропу­щенные на ринге тяжелые удары не прошли бесследно), Мохаммед Али ведет активный образ жиз­ни, является посланником мира ООН, появляясь то в одной стра­не, то в другой и поддерживая своим авторитетом идеи про­гресса и гуманизма.

...Судьба Сонни Листона сло­жилась гораздо драматичнее. Он продолжал выступать на ринге, но в декабре 1970 г. был найден мертвым в своем доме. Официальное заклю­чение гласило, что 38-летний боксер умер от передозировки героина, но все, кто близко знал Сонни, в один голос заявляли, что Ли­стон никогда за всю свою жизнь не притраги­вался к наркотикам, однако время от време­ни крепко выпивал, а выпив, становился очень общительным и разговорчивым. Кто знает, какие секреты и тайны мог разболтать Сонни Листон?

Константин Лободин

Айкидо \ Дзюдо \ Каратэ \ Кикбоксинг \ Рукопашный бой \ Боевое самбо \ Бокс

 
© Боевые искусства